Май 2010

"Маленькое лето"на Сикоку .

Конец мая, уже не весна, но еще и не лето.

Такое множество непривычных запахов. Они такие тонкие, нежные, еле заметные, благородные, просто "дворяне" какие-то! Передать их сложно, слишком неуловимы и воздушны, все "с намеками".

"Конацу" сорт раннего апельсина вызревающего в мае. Внешне похож на светложелтый лимон и кожица такая невзрачная нетоварная.Тетушка из гестхауса дала нам каждому на дорожку по паре таких страшненьких апельсинчиков, а у нас каждый грамм на счету, даже было желание бросить их ,но японцы аккуратно попрятали гостинцы в рюкзаки и отправились в путь. Спустя три часа на очередном привале спятавшисть от проливного дождя под узким козырьком крыши решили съесть фрукты, а заодно избавиться и от лишнего груза. Очистили от кожуры, дольки бледно желтые почти белые,запах тонкий,свежий с кислинкой. Ах каким неожиданным оказался вкус этого невзрачного цитруса. Не было в нем ни сахарной сладости, ни режущей кислоты, а только свежесть первых лучиков солнца и нежность утоляющая путников. А "конацу" переводится как "маленькое лето". Подумалось, как это все по-японски.Внешне просто, незамысловато, непривлекательно, можно даже пройти мимо и заметив,сознательно проигнорировать. Но если приостановиться и приглядеться, чуть-чуть подождать, не суетиться и не торопиться, то вам откроется такое!..

Конечно же, можно эти 1200 км проехать на машине всего за одну неделю, и наверное, потеряешь самую малость. Но этой малостью оказывается запах цветущих мандариновых садов. Сладкий, дурманящий, обволакивающий он цепляется за одежду, за пряди твоих волос. Ты не встречаешься в полях с жирными глазастыми стрекозами с коричневыми крыльями, не видишь огромных рыбин, плывущих по узким каналам вдоль деревни, разноцветных крабов и змей, <прикинувшихся шлангами>. Ты не знаешь легкого прикосновения прохладного ветерка из ущелья, обдувающего твои разгоряченные мускулы и не чувствуешь, как твои клетки отдают жар и приводят в движение руки и ноги. Ты не слышишь шагов попутчика и глухого мерного звука его колокольчика. Ты никогда не узнаешь незабываемого вкуса рисовых колобков заботливо приготовленных на дорогу столетней бабулькой. У тебя не защемит сердце от встречи с людьми, протягивающим деньги или вкусные подаяния. И уж точно не удастся увидеть множество настоящих чудес, встречающихся на длинном пути.

Одному идти, конечно же, проще. Не надо никого ждать, захотел поесть - поел, захотел отдохнуть - отдохнул. Но спуску себе не даешь, поэтому отдыхаешь мало, ешь мало. Так и в жизни сложно с людьми жить-уживаться, но еще труднее жить одному.

Япония - страна цветов. Как хороши ирисы у этой бабульки, целое поле! Цветы везде и у всех. Даже в самом глухом уголке, где и любоваться-то такой красотой некому, выращивают японцы поля цветов и бережно ухаживают за ними.

По дороге в беседке для отдыха паломников нас поджидали местые жители.

К Храму N 37 шли два дня под проливным дождем. Поняли, что непромокаемой обуви не бывает, вес рюкзаков прилично прибавился: все содержимое набухло, пропитавшись насквозь водой, промокли даже денежные купюры! Дорога в горах оказалась невероятной длины, 10 км никакак не хотели кончаться и название этой дороги "дождевой червь", она тянулась нескончаемо, а киломертаж не прибавлялся. К храму, который обещал настоящие чудеса - "изменить звезды судьбы к лучшему", пришли только к вечеру и ни один из моих спутников не захотел поспешить к храму в этот час, было похоже что все довольны жизнью! Ну, что ж, утро вечера мудренее.

Посадка риса на Сикоку. И все-таки не всех может заменить техника даже в такой техногенной стране как Япония.

Аппетитный обед паломника.

До следующего Храма - 3 дня пути. Дорога идет вдоль моря, песчаные тихоокеанские пляжи по 3 километра как в Индии и никто не купается - холодно японцам в такой воде, а нам русским в самый раз полчасика поплавать. К вечеру приходим в деревню. Гестхаус для паломников на краю деревни сразу за пожарной частью. Оказалось просто какая-то японская вилла на берегу синего Тихого океана. Домик премиленький, никто не встречает. Стучим, - нет ответа. Извиняясь, открываем дверь, заходим, видим зал-студио, полукруглый стол с видом на океан, барная стойка и записка на входе: "Вы в доме одни, ваши комнаты на втором этаже, ванна фуро для вас готова, стиральная машина в комнате N1, комната для сушки вещей N2, рис будет готов через 20 мин, пиво в холодильнике!". Мы были в восторге от вида на океан из маленьких уютных чистеньких комнат, от этой открытости и доверия неизвестным путникам. Потом, правда, пришла девушка и красиво нам накрыла стол. После ужина очень захотелось мороженого, и девушка спросила нашего разрешения сбегать к себе домой за мороженым, у нее в холодильнике было два вафельных рожка. Вот такой удивительный однажды был вечерок!

Мыс Асидзури - самая южная точка острова Сикоку (храм 37).

Храм расположен на самом южном мысе Сикоку - Асидзури. От 37-го храма его отделяет 80 с лишним километров - самое большое расстояние между храмами по всему маршруту на Сикоку. На машине этот путь можно проделать за 2 часа, пешком - за 24 часа (не останавливаясь). Вторичные названия храма переводятся как "спотыкаться", - до мыса ведет сложная дорога, которая выбивала поломников из сил.